Перед рассветом - Страница 78


К оглавлению

78

Увы, Бригита и Бранвен, богини домашнего очага и любви, уже промелькнули над землёй, в святости вознеслись на небо. А ему досталась богиня паники и ужаса. Несущая страх. Женщина-ворон. Ворон на знамени испокон веков означал — "пленных не берём". Ещё бы Морриган явилась!

Немайн означала и ещё кое-что. Король помнил недавние легенды. Легенды о последнем веке богов. Крещёных богов. Веке Артура. Маленькая, трогательно похожая на озёрную деву — только в её прозвище из артуровской легенды слова стояли наоборот — Дева Озера должна означать скорое появление Меча. А значит, и истинного короля Британии. Это означало походы, битвы и осады. Возможно, победу. Возможно, славную смерть. Чего вот прямо сейчас королю совсем не хотелось.

Надежда воскресала понемногу. На этот раз богиня пришла с крестом. Жила тихо и смирно. Отреклась от былой родни, от былой славы. Демонстрировала силу своей новой веры. Веры в Бога, который есть Любовь. И король решился. Проверить богиню на искренность. И если епископ признает её доброй христианкой — просить о помощи. А если нет — гори, Британия, синим пламенем. Казнить не посмеют, зато изгнать неудобную гостью из королевства будет славный повод!

— Мой король, мы атакованы, сообщил от дверей часовой, — противник просит тебя на переговоры.

Гулидиен кивнул и вышел на крыльцо.

Несколько подростков. За главных — две девки. Разумеется, на них цвета Вилис-Кэдманов!

— Вы блокированы, — Эйра старалась говорить важно и торжественно, — Мой король, сейчас мы подтянем силы, достаточные, чтобы сломать сопротивление твоих рыцарей. Только гарнизоны башен вырежем… Поэтому предлагаю сразу согласиться на достойный выкуп.

Кровожадные слова совершенно не вязались с застенчивым тоном. Загнать улыбку внутрь стоило королю немалого труда.

— И какой выкуп ты хочешь?

— Леди Немайн говорит, что по серебрушке на воина будет в самый раз. Всего тридцать два. Она также полагает, что этот расход должно отнести к судебным издержкам.

— Дороговато мне ваша леди обходится, — пробурчал счастливый король. Немайн ещё раз доказала силу. Осталось, чтобы епископ подтвердил её праведность, — А где леди Немайн? И ярл Тристан?

— Ярл на себя самое трудное взял, башни штурмует. А леди сида говорит, не женское дело — города грабить, развлекайтесь. Будет чего нужно, позовёте. Осталась с греком в церкви — вести скучные беседы. Ну, да для ворот и Альма сошла. В темноте не видно, что она толще! Зато рыжая! А стоило ей сделать вид, что запеть собирается, все так и порскнули… Знали, что уговор, что пугать насмерть не будут, но кому охота прилюдно штаны испачкать?

Кому скучные беседы, кому добрый знак.

— Ладно, — на радостях согласился король, — велю с утра выдать ярлу Тристану тридцать один милиарисий. Слово короля. Ну что, бой окончен?

— Не-а. В городе ещё много богатых домов. Будем грабить. Серебра не дадут, но чего-нибудь вкусненького… С вечера к празднику напекли-нажарили. Ей-ей ополовиним!

Дальнейшее напоминало святки. Группы детей стучались в каждый дом по очереди и решительно заявляли:

— Мы грозные и ужасные северные варвары! Мы всё сожжём и разорим дотла. Если нам не дадут достойный выкуп…

Настоящие «варвары» быстро обросли малолетними коллаборационистами. Ярл на это смотрел спустя рукава. Неужели жалко куска пирога малышне, когда его воины получат по серебряной монете? Куда подевалась сида проводница и почему не участвует в веселье — не задумывались. Сиды, они вообще странные и непредсказуемые…

А Клирик завалился домой, в «Голову». Глаза слипались, задор иссяк, и остаток ночи хотелось проспать. Не получилось. Только сомкнулись веки, раздался голос в голове.

— Говорит Сущность. Сообщаю о вашем текущем балансе свершений. К настоящему моменту они составляют двадцать три сотых доли процента от необходимого для обратного переноса. Следующее сообщение — через месяц.

Ну и какой тут сон?!

Рядом вскочила Эйлет.

— Что случилось, сестра?!

Стиснуть зубы. Помотать головой.

— Ничего. Пока ничего. Немного волнуюсь перед приговором.

— Тебя приголубить?

— Не надо. Спи.

А потом вжать голову в подушку. И стараться плакать тихо. Впервые с раннего детства пришлось вот так реветь — горько, безнадёжно, бессильно. Одна десятая доля процента — вот и всё, что насчитала ему Сущность за второй месяц в Камбрии. За все подвиги и всю торговлю! Этак тут можно прожить до эльфийской старости. И сделать ничего нельзя. Даже поспорить. Даже пожаловаться — некому. Через полчаса слёзы закончились. Немайн перевернулась на спину, сухие глаза из-под покрасневших век изучали неровности побелки на потолке. Клирик был себе весьма и весьма противен. Развёл хляби морские. Сохранил бы хоть проблеск сознания — сам себя по щекам нахлестал, да хоть башку стену разбил, а такого позорища не допустил бы. Так нет, даже с Эйлет пообниматься не захотел. А ведь полегчало бы. Неужели и правда женщинам так нужно реветь?

— Разберёмся, почему всё так, — Немайн закинула руки за голову, губы неслышно шевелились в такт мыслям, — Допустим, Сущность играет честно. Допустим. И рассмотрим мои достижения непредвзято. Корнер организовал Дэффид, без него и без Элейн у меня бы просто отобрали товар по суду — и с убытком. Византийцы и их спрос на амуницию — вообще добряк… Да и контракт пока не подписан. Технологии, которые и не прижились толком? Саксы и норманны снесут… Зайдём с другой стороны — а с чего это я Сущность оправдываю? Комплекс заложника? Шутка подсознания в стиле: террорист меня не убьет, потому, что хороший? Или вот ещё: я слабак, мне так и надо? Мазохизм какой-то. И вообще, что-то я непоследовательно себя веду. С одной стороны, окапываюсь в Камбрии, как сурок. С другой — жду, что мне засчитают свершения и отпустят домой. Противоречие… Ну и наконец — с коих это пор я пляшу под чужую дудку? Если это игра, так мастер всегда прав, и не о чем спорить. А если жизнь — так пошли они, генераторы вводных, полем, лесом да болотом! И без них проживу. Так, как захочу. Так, как смогу. Осталось выбрать: игра, пусть на голову, или жизнь? Ладно, после суда разберёмся. Спи, леди Немайн.

78